Дизайн

Дизайн на грани. Неделя дизайна в Милане.

Нынешнего Мебельного салона и недели дизайна ждали с опаской. Сумеет ли индустрия, нацеленная на создание предметов luxury, справиться с обвалом мировой экономики, падением объема продаж и сменой ценностей вообще? Первое десятилетие века показало, что для буржуа – основных потребителей дизайна – основной стала тенденция тратить деньги на еду и познание мира (то есть путешествия), а не на одежду и обстановку. «Мне не нужно то, что нельзя съесть» — все чаще слышали продавцы мебели в Европе, Америке и Азии. «Высокий» дизайн, чтобы сохранить и утвердить свою ценность, начал мигрировать в сектор масс-маркета и почти растворился среди китайских копий. Для среднего потребителя это было неплохо, но совершенно не способствовало появлению революционных идей и качественному их воплощению крупными брэндами. Зачем делать дорогие образцы, которые все равно не купят?


Новые работы
братьев Кампана и Якопо Фоджини
на стенде фирмы Edra:
шкаф Segreto и cтол Capriccio.
Фото: Saverio Lombardi Vallauri.

Эта реакция мебельной индустрии была вполне нормальной. Однако сейчас вопрос скорее в том, сможет ли высокий дизайн извлечь из кризисной ситуации пользу. Обычно, когда фабрики испытывают недостаток в привычном сырье и рынках сбыта, появляются новые разработки. Закончились поставки ясеня – дизайнеры ввели моду на «зебрано». Закончилось зебрано – в моду вошел беленый дуб. Вместе с тем кризис оказался для дизайнеров передышкой в лихорадочном воспроизводстве нового. Мебельный конвейер при такой интенсивной эксплуатации уже несколько лет выдает идеологически слабый продукт.
Получилось, что кризис совпал со сменой стилистических предпочтений. От барочного и «женского» декора в стиле «сделай сам», подразумевающего обилие рюшей и тканей, дизайн обратился к противоположным образам. Над всем стали преобладать скульптурные формы. Минимум материала, максимум эффекта – опять девиз на ближайшие годы. Для нынешних предметов характерна четкая конструктивная основа и внятное воплощение. От вещи остается практически только каркас. Примеры тому можно было увидеть почти на каждом стенде мягкой мебели, в инсталляциях Арика Леви для Swarovski, проектах Константина Грчича, работах независимых дизайнеров. Отчасти дизайн «про грани» связан, конечно, с экономией материала. Уже по проекту Swarovski Crystal Palace было видно, что пояса затянули даже обычно шикующие монстры индустрии. На стендах стало меньше пространства, меньше объектов, меньше приглашенных раскрученных дизайнеров. Очень популярен стал жанр специально созданной по случаю инсталляции: то есть выставлялись несколько концептуальных объектов, созданных промышленным способом, но не предназначенных для массового производства. Так производители сохраняли впечатление обилия новинок за фактическим их отсутствием. Некоторые дизайнеры – как Мартен Баас из Нидерландов – вообще представил не реальные объекты, а видео. Его фильм про часы вполне можно квалифицировать как видео-арт и продавать, таким образом, не сами часы, а подписанные копии фильма.


Мягкая мебель
тоже стремится быть «домашним животным»,
как диван Cipria братьев Кампана для Edra.
Фото: Luciano Pascali.

Нынешний год показал также, чем живет сектор светового оборудования. Оказывается, и здесь за два последних года произошли драматические изменения, и полностью сменилась мода. Предвестником этой моды явился светильник Захи Хадид для Sawaya & Moroni: эта спиралевидная асимметричная конструкция опередила нынешнюю ведущую тенденцию на три года. Смысл тенденции в следующем: источники освещения теперь располагаются линейно. Линия часто волнистая, иногда зигзагообразная. Вся конструкция подвешивается к потолку в нескольких точках и занимает довольно большую площадь. Более лаконичные варианты – лампочки на длинной перекладине.
В целом же свет всячески демонстрирует свою универсальность. Для сада и внутренних помещений предназначены одни и те же светильники. За светильник теперь почитается даже мебель с подсветкой. Чаще всего это недорогие полипропиленовые конструкции остроумных конфигураций. Универсализация самих ламп – другая яркая тенденция. Все реже для светильников стали предусматривать нестандартные галогеновые лампы. Более традиционными стали формы крупных абажуров: в высокий дизайн возвращаются куб, шар, полусфера.
Из событий за пределами мебельного салона настоящий ажиотаж вызвала выставка японских производителей электроники в помещении Триеннале. «Растущие», меняющие свою высоту табуретки, ползающие по полу светящиеся подушки, бегающие под стеклянной столешницей световые «насекомые» – этот домашний зоопарк сближает дизайн с интерактивным искусством и придает дому настоящий футуристический шик. Дизайну предметов для дома явно показано сближение с электронными и нано-технологиями.


Инсталляция из неоновых ламп Invocation авторства Черит Вин Эванса в саду перед зданием Триеннале.
Фото: Saverio Lombardi Vallauri.

Вполне возможно, что дизайн уйдет в независимые студии, где ставить эксперименты окажется дешевле и быстрее, чем на большом производстве. Легко прогнозировать появление нетрадиционных материалов или необычных сочетаний. Вот Росс Лавгроув создал велосипед Bamboo, рамы и некоторые детали которого сделаны из настоящего бамбука.
Кризис кризисом, а свежие идеи никуда не денутся.

comments powered by HyperComments
comments powered by HyperComments