www.archvestnik.ru
home sitemap Письмо в редакцию

МЕГАПРОЕКТЫ – ЭКОНОМИКА И ТАЙМИНГ: РАЗБОР ПОЛЕТОВ

Гамбургская Филармония на Эльбе Херцога – де Мерона с ее многократным пересмотром сметы, на сегодняшний день выросшей более чем в три раза, и затягиванием сроков сдачи в эксплуатацию – первоначальная дата – 2010 г., в настоящее время это предположительно 2017 г. - стала одним из экспозиционных сюжетов на последней Венецианской Биеннале. Причем именно в этом – не слишком презентабельном – качестве. Вслед за массовой печатью многие профессиональные архитектурные издания снизошли до этой темы - углубляющийся кризис диктует содержание контента. Так, в недавнем выпуске «Detail» (2013, №12, pp. 1360-1366) опубликовано развернутое интервью Хейде Вессели с датским экономистом Бентом Фливбьергом, который всю жизнь только и занимается тем, что выводит на чистую воду различные сверхпроекты.


Отправной точкой этой его почтенной активности послужило участие еще в конце 1980-х гг. в технико-экономической пост-оценке тогдашней амбициозной программы – устройства туннеля между парой островов под названием Большой пояс. Проект был реализован с гигантскими трудностями, включая ликвидацию пожаров и затоплений, с решительным превышением как сметы, так и сроков строительства, в десятки раз обогнав по затратности другие «большие проекты», которые когда-либо осуществлялись в Дании.

Все градостроительные сверхпрограммы Б.Фливбьерг делит на несколько основных групп – электростанции, инфраструктурные мегапроекты, иконические объекты, или вау-архитектуру. К которым он относится с изрядной долей скепсиса, не без оснований полагая, что все они за редким исключением на выходе имеют перерасход средств и нарушение сроков – по крайней мере, согласно статистическим данным, этим грешат от 80 до 90% исследованных им кейсов.

Всего датский специалист проанализировал на предмет возгонки сметы по мере продвижения строительства и несвоевременной сдачи объекта в строй от 4-х до 5-и тысяч (!) проектов по всему миру – от Австралии и Юго-Восточной Азии до Латинской Америки и Африки. Он подробно останавливается на хрестоматийном случае с сиднейской Оперой, в 14 раз (!) превысившей заявленный бюджет, затем достается программе Олимпийских игр в Лондоне, которая не стала исключением – Олимпиады 100-процентно не вписываются в запланированные бюджеты, аэропорту Бранденбург в Берлине и др. Грубые экономические осечки (misfires) случаются повсеместно – будь то Германия или Великобритания, Дания или Китай. Чуть лучше дела обстоят лишь в Нидерландах – Б.Фливбьерг связывает это с многолетним богатым опытом противостояния голландцев морской стихии.

Далее датский экономист воспроизводит диалог с Ж.Нувелем относительно одного из его недавних сверхобъектов – концертного зала в копенгагенском Орестаде. На провокационный вопрос по поводу завышения первоначальной сметы на 50% - дескать, ничего у маэстро в груди не екает по этому поводу? – тот ничтоже сумняшеся ответил в том смысле, что все это фигня, пыль из-под колес – об этих частностях спустя три-четыре года все забудут, и сам он – в первую очередь, в лучах славы рождающегося на радость человечеству мирового шедевра. Разумеется, тем самым входя в клинч с германским чувством формы и понятием об орднунге.

Впрочем, датский экономист тут же приводит диаметрально противоположный случай – с Музеем империалистической войны под Манчестером Д.Либескинда. Когда архитектор получил ультимативное требование снизить расходы на строительство на 35%, он воспринял это как профессиональный вызов. И с блеском исполнил пожелание заказчика, что, как настаивает Б.Фливбьерг, только пошло на пользу объекту.

Главный совет датчанина архитектурному сообществу выглядит следующим образом: никогда сознательно не занижать смету проекта с целью удержания расположения заказчика. В конечном итоге такого рода профессиональные уловки и хитрости до добра не доводят. Cреди других его рекомендаций – опираться в расчете стоимости и тайминга на имеющиеся прецеденты - аналогичные мегапроекты со всего мира, а также активнее использовать BIM-технологии в архитектурном проектировании.

Читал я все эти подкрепленные цифирью «случаи из жизни» со все возрастающим любопытством, предвкушая, что речь вот-вот должна зайти о РФ. Всем перепало от неистового датчанина – вряд ли нам удастся отсидеться с нашими Олимпиадами, мундиалями и саммитами АТЭС. Но, видать, не подпустили его к святая святых либо он сам остерегся вступать на эту скользкую дорожку.

А ведь у нас-то даже строительство захудалого дачного домика обычно сопровождается неуклонным приращением сметы и затягиванием сроков строительства. То чего-то недоучли-не просчитали, то стройматериалы успели подорожать – ну а всевозрастающие аппетиты подрядчика на фоне постоянного хитрежа-мухлежа это вообще можно считать рамочным условием любой стройки.

Из всего вышесказанного никак не следует, что нам следует раз и навсегда отказаться от мегапроектов. В отечественных условиях «большие проекты» - это локомотивы социально-экономического и технико-технологического развития страны, а в условиях кризиса – один из действенных способов поддержания занятости и потребительского спроса населения, а также снижения госрасходов на реорганизацию и развитие территорий. Да и вообще в России инструментом развития всегда был и останется впредь социальный институт под названием Большой рывок. Только такого рода общественные сверхусилия способны выдернуть страну из состояния оцепенения, прозябания, застоя, получившего в народе звонкое имя «стабилизец». В общем, ничего нового: что русскому хорошо, то датчанину – смерть. Впрочем, и в мире мегапроекты, например, связанные с олимпийским строительством, последовательно вытягивают города как на Западе, так и на Востоке из исторического небытия, сообщают мощный импульс развитию городских территорий, включая транспортную, социальную, инженерную инфраструктуру, содействуют росту их культурной привлекательности, в том числе в глазах туристов – достаточно вспомнить Рим-1960 и Токио-1964, Сеул-1988 и Барселону-1992, Турин-2006 и Пекин-2008, Ванкувер-2010 и Лондон-2012.

Cправедливости ради укажем на то, что и у нас ряд специалистов – и не только по-вражьему настроенных по отношению к собственной стране - скептически относится к недавно осуществленным мегапроектам, включая программы Сочи-2014 и саммита АТЭС-2012, соотнося их с давно скомпрометировавшей себя идеологией «поляризованного роста». Из сверхпроектов, которые не на слуху, приведем реализованные в последнее время в Сибири комплекс Богучанского энерго-металлургического объединения вкупе с Богучанской ГЭС и Няганскую ГРЭС, полный ввод мощностей которых приходится искусственно задерживать – в связи с проседающей экономикой. Однако эта критика связана скорее не с мегапроектной идеологией как таковой, а с тем, что завершение реализации обеих этих программ пришлось на поворотную точку цикла деловой конъюнктуры.

Дабы минимизировать негативные издержки, сопутствующие любому мегапроекту, помимо его всесторонней экспертизы должны быть вновь легитимизированы и выстроены жесткие механизмы «учета и контроля»: в заявленной программе развития Крымского полуострова следует учесть уроки Олимпийского Сочи. Такая необходимость назрела давно, но именно сейчас складывается ситуация для их прецедентной отработки и запуска. Олимпиада миновала, марш победителей состоялся, политические страсти улеглись, самое время провести честный и беспристрастный разбор полетов – в том числе по разделу экономики и организации строительства. Со всеми вытекающими. Предварительно разобравшись с трансграничным движением капиталов, вернув в УК живительное положение о конфискации имущества и отменив всякие непродуманные моратории.

Иначе, этот ночной экспресс, несущийся в пропасть, не остановить…