Начиная с Нового времени, профессия архитектора была тесно связана с обращением к древностям, за вдохновением зодчие ездили в Рим и Афины. Архитектурное наследие служило в качестве прообразов новых зданий. Сегодня подобные реминисценции нередко обращены к творениям, созданным руками не только великих зодчих, но и простых людей. Примером тому многофункциональный комплекс на Озерковской набережной, выполненный по проекту 1-ой мастерской «Моспроекта-2» под руководством М.М.Посохина. Здание комплекса подобно пестрому восточному ковру нависает над водами канала, переадресуя к жилой застройке вдоль реки Оньяр в небольшом испанском городке Жироне.



Именно древний город Северной Каталонии явился ассоциативным прообразом нового жилого комплекса на Озерковской. Главный архитектор бригады 1-ой мастерской «Моспроекта-2» им. М.В.Посохина Михаил Плеханов проливает свет на этот параллелизм: «Когда нам предложили разработать концепцию здания у воды, на набережной тихого района Замоскворечья, я тут же вспомнил свою недавнюю поездку в Жирону. Одной из ее достопримечательностей является лента, пестрящая яркими красками жилых домов вдоль реки, то проваливающихся вглубь, то нависающих консольными выносами над водой. Этот удивительно органичный и живой городской пейзаж произвел на меня сильное впечатление. Так появились фасады нашего здания с его выступами и заглублениями, перебором фактур и цветов».
Местоположение комплекса в историческом центре столицы, в непосредственной близости от Кремля, среди камерной малоэтажной застройки на плавном переломе дуги Водоотводного канала, действительно, способно разбудить множество архитектурных воспоминаний – от Жироны и Брюгге до Сучжоу. Отсутствие капитальной застройки на некогда низменных и болотистых землях и редкую для исторического района сетку улиц (причиной тому – высокий риск наводнений, существовавший до строительства в конце XVIII в. Водоотводного канала, а также индустриализация начала XX в., превратившая эту часть купеческого Замоскворечья в промзону) можно трактовать как известную степень творческой свободы. Правда, в отличие от жиронской или венецианской набережных, где дома выходят непосредственно к воде, выстроенный комплекс отделен от реки типичной для Москвы, но довольно узкой автомагистралью.
Изучением и развитием территорий промзоны вдоль Водоотводного канала коллектив «Моспроекта-2» занимался много лет. В начале 2000-х гг. бригада М.Плеханова принимала участие в разработке концепции комплексной застройки территории вниз от Озерковского переулка. Следующим стал многофункциональный комплекс на Озерковской, 26, на месте красильного цеха камвольного комбината. К работе над концепцией инвестор привлек сразу несколько проектных компаний, в том числе иностранных. В итоге блиц-конкурса заказчик остановился на проектном предложении мастерской «Моспроекта-2».




Определяющей историко-градостроительной особенностью Замоскворечья является провинциальность среды, предполагающая, в том числе, небольшую этажность зданий – застройка здесь, как правило, не превышает 3-х – 6-и этажей. Цельность и органичность достигаются именно благодаря камерности застройки. Вновь строящиеся здания не должны были выбиваться из этого окружения, а главное – не заслонять собой панораму Кремля. Этому императиву следует и новый жилой комплекс. Состоящий из четырех корпусов, он имеет переменную этажность: по мере удаления от набережной его высота меняется от 6-и до 8-и этажей. На месте 6-этажного жилого корпуса, обращенного непосредственно к Водоотводному каналу, прежде стоял 3-этажный цех камвольного комбината. Напоминанием о нем служит светлая линия карниза на уровне 3-го этажа. Боковой блок, также жилой, набирает семь этажей. 8-этажная гостиница замыкает композицию с западной стороны.
Изначально в полуциркульном в плане здании должен был размещаться апарт-отель, позднее уступивший место жилью. «При входе во двор со стороны набережной, - комментирует М.Плеханов, - ваш взгляд останавливается на энергичной дуге 7-этажного корпуса, воспринимаемого скорее как скульптурный объект. Сам изгиб канала, по уверению авторов, диктует появление здесь криволинейных форм. Между жилыми корпусами устроен арочный проем. Угол бокового корпуса, опирающийся на массивные колонны, скошен и чуть выдается вперед. Со стороны двора к набережной спускается широкая парадная лестница, напоминающая амфитеатр. Некоторая пластическая избыточность за счет террас, колонн и выносов отвечает образному замыслу авторов проекта.
В Жироне беспрерывная жилая лента набрана из разноликих домов. В комплексе на Озерковской ровно так же: на теле здания выделяется множество отдельных сегментов, и каждый выступ, каждый эркер как бы репрезентирует отдельный дом. Верхние этажи террасированы, эксплуатируемая кровля прорастает кубическими объемами лифтовых шахт. Дробность массива артикулирована комбинаторикой фактур, цветов, оттенков. При отделке использована богатая палитра разных материалов: три типа клинкерного кирпича охристых тонов, светло-желтая штукатурка, зеркальное стекло. Первый этаж облицован серым гранитом, гранитная же поверхность колонн членится серебристыми кольцами. Намеренный композиционный разнобой усиливается выступающими почти на полметра за плоскость стены окнами-«телевизорами» габаритами от 1-го до 3-х этажей.
В комплексе - 114 квартир площадью от 80 до 150 кв.м. «Квартиры на верхних уровнях располагают собственными участками эксплуатируемой кровли, где по желанию жильца может быть организовано летнее патио с видом на Московский Кремль и храм Христа Спасителя», - продолжает М.Плеханов. Подобный прием использован и при решении гостиничных номеров. Перепад рельефа, искусственно организованный за счет повышения уровня двора, позволил получить дополнительные пол-этажа со стороны улицы, занятые магазинами, галереями, а также техническими помещениями для нужд жильцов.




Вдоль набережной устроена дополнительная полоса тротуара под навесом здания, подпираемым приземистыми колоннами. Расширение пешеходной зоны кажется весьма уместным, учитывая, что на существующем тротуаре, большую часть времени полностью заставленном автомобилями, едва могли разойтись два человека. Архитекторы предусмотрели благоустройство дворовой территории – довольно обширной по московским меркам. Небольшое озеро глубиной чуть менее метра можно считать своего рода компенсацией за отсутствующие виды на воду у жителей внутриквартальных корпусов. К островку из бетона перекинут узкий деревянный мостик. По замыслу авторов, зимой пруд превращается в каток, на острове можно установить новогоднюю елку. По периметру водоема по проекту, разработанному дендрологическим отделом «Моспроекта-2», разбит зеленый сквер. «Конечно, можно было бы застроить весь участок,- замечает М.Плеханов,- выжав максимальное количество площадей. Тем значимее результат - комплекс соразмерен масштабу окружения».
Не все из задуманного удалось осуществить. Предполагалось по оси арки построить горбатый пешеходный мостик через канал, который так и не получил статуса обязательного обременения. Отказались и от фонтанов при входе и на территории водоема.

Создавая новое, архитекторы обращаются к опыту прошлого, вдохновляясь подчас не изыском форм, а простотой и естественностью скрывающейся за ними человеческой жизни. Так, колоритный фрагмент солнечной Жироны парадоксальным образом перекочевал в сердце российской столицы, неся в себе часть архитектурной истории.