Градостроительство

СКАЧКИ С ХВОСТОМ

По итогам конкурса на разработку Концепции развития Московской агломерации

Вначале стоит отдать должное истине – весь сыр-бор начался со слов тогдашнего президента Медведева о возможной полезности выноса из центра Москвы «штаб-квартир» (не цитата) органов власти с целью разгрузки города, расширения ареала реальной столицы страны с созданием нового — уже девятого — Федерального округа – столичного региона, вполне соответствующего формату округа по экономическим показателям. Именно таков был изначально смысл заявления Медведева, и вполне разумный смысл. Через несколько дней всё трансформировалось в расширение территории Москвы и изменение её границ с прирезкой хвоста в два с лишним раза большего, чем сама Москва. Медведев, видимо, не понял подмены — или ему не объяснили. И понеслось! Мэр Собянин, конечно, прогрессивнее мэра Лужкова. Прирезка территорий, очевидно, должна означать одну из составляющих этой прогрессивности в сравнении с импотенцией Лужкова по этому вопросу. Объявление международного конкурса – уж точно действие на уровне просвещённости цивилизованной Европы.
Заказчиком конкурса и самой «Концепции» явилось Правительство Москвы, оно же вроде должно быть и адресатом идей, предложений-посланий. И здесь сразу возникает главная неувязочка – на самом деле следовало бы адресовать всё это если и не федеральным органам власти в целом, предложив им стать оценщиком, главным потребителем и финансистом идей, то хотя бы Московской области (разумеется, не без Москвы). Но область – теперь уже с новым губернатором, — высказывается совсем про другое. Да она и не может иначе. Потому как – или существует она, или существует Московская агломерация без области как административно-территориального субъекта Российской Федерации (пусть и в обгрызанных границах). Ведь все проблемы, да и прирезка к Москве новых территорий происходят именно из-за наличия двух самостоятельных субъектов Федерации, располагающихся так, что их жизненные, экономические и политические интересы в виде общего слагаемого зависят от одних и тех же территорий. Такие территории являются географическими агломерациями. А с целью решения проблем таких территорий, по договорённости между территориальными административными образованиями, создаются реальные, живые, работающие агломерации. У нас же состоялось примитивное жадное поедание – только за чей счёт банкет?
Париж, точнее, президент Франции (не мэр Парижа!) Саркози провёл относительно недавно конкурс на развитие территории, прилегающей к этой знатной столице неслабой страны. Собянин его взял за прогрессивный образец. Но там и речи быть не могло о расширении территории Парижа. Париж уже давно существует и, видимо, навсегда останется в тех границах, которые рисуются в знакомых теперь уже всем «прогрессивным» россиянам туристических планах города. Они-то, французы, понимают, что дело не в границах, а в связях, точнее, в их учёте, развитии и созидании. «Они» – это ещё в первую очередь урбанисты, к коим можно отнести и некоторых архитекторов.
Но в московском конкурсе поставили искусственную, алогичную, триедино сформулированную задачу: агломерация (географическая) – новая административно подчинённая территория («хвост») – новый административно-деловой центр. Только всё же: или агломерация, или «хвост». Одно другому явно противоречит. Ладно при наличии свободных финансов можно было бы спроектировать и построить нечто дивное именно для него (хвоста) в составе агломерации. Однако при чём тут Москва – столица, исторический город? Да и финансов в Москве таких нет. Опять все материальное уйдёт в руки девелоперов? А прирезали, чтобы они наварили побольше на бренде «Москва»?
Если же говорить о неком новом федеральном центре с бюджетным финансированием – то: или его строить, если уж очень приспичило – с чистого листа в пустыне, в полях или лесах, как, например, в Бразилии. Или размещать, опираясь на существующую урбанистическую структуру, в поддержание и в развитие этой структуры, в парадигме децентрализации – то есть разнести и разбросать федеральные офисы пошире – может быть, и не только на Московский регион – страна-то большая, не Голландия (история, как искусственно разбросанные по всей Голландии министерства всё-равно переползли назад в Гаагу, прозвучала от одного из экспертов). Можно и кластерами, как сейчас модно выражаться. Да и почему министерские чиновники должны трудиться именно на территории административных границ Москвы? Децентрализовывать структуру Большой Москвы так, чтобы всем альтернативным центрам добавить весомости – иначе нет смысла тужиться над изменением статус-кво. На Московскую агломерацию и двух центров маловато – овчинка выделки не стоит. Всё это было ясно с самого начала, специалисты высказывались внятно. Но наш бронепоезд уже двинулся с запасного пути, и было не до прогрессивных размышлений – только напролом.
Конкурсные проекты девяти команд, сделанные приглашёнными большими профессионалами, попавшими в девятку достойных, показали-таки всю абсурдность ситуации. Жаль, многие этого не увидят, — или не захотят увидеть. В том числе и те, кому на самом деле это должно быть адресовано. Кстати, десятая команда, созданная на базе МАРХИ, изначально приглашённая для участия в конкурсе, была изгнана после первого проектного семинара за попытку представить проблему не только Московской агломерации, но и пространственного развития всей страны и её агломерационых связей – «нам нужна только Москва» (цитата со слов несостоявшихся участников) – таким был аргумент организаторов, произнесённый в качестве оправдания этого изгнания. Так что Наше международное жюри возглавил заместитель Мэра Москвы по градостроительной политике Марат Хуснуллин.
Итак, к представленным идеям лучшего города:
Прежде всего, проекты делятся на те, в которых есть попытка скрестить «ужа с ежом» – агломерацию с хвостом («первые»), и те, в которых декларируется мораль «не пришей кобыле хвост» («вторые»).

Самый изощрённый проект из «первых» – признанный жюри лучшим в двух из трёх номинаций – «агломерация» и «присоединённые территории» – французско-российский проект Grumbach – Wilmotte – Ткаченко и др. И, пожалуй, тут можно согласиться с жюри – скрещивание мастерски замаскировано, профессионально и вкусно подано. Стоит напомнить, что эти же французы занимаются и проектом «Большого Парижа», а Сергей Ткаченко – недавний бывший директор института Генерального плана Москвы Комитета по архитектуре правительства Москвы. Подробнее об этом проекте – напоследок.

Самый радикальный из «вторых» – проект от О.М.А голландского происхождения в соавторстве с российским бюро ПРОЕКТ МЕГАНОМ и институтом СТРЕЛКА. Среди слайдов, демонстрируемых на экранах в экспозициях каждого проекта, у этой команды присутствует кадр, где написанные на чёрном фоне слова «new town» перечёркнуты жирным красным крестом. Проект даже не был допущен по итогам последнего проектного семинара к рассмотрению жюри, созданного уже после всех семинаров, по причине, указанной в опубликованном протоколе заседания жюри так: «материалы технического отчета команды представлены не в полном объеме». Проект предлагает развивать взамен прирезанного хвоста четыре новых, альтернативных старому, центра, создаваемых на базе четырёх основных московских аэропортов (четвёртый – Чкаловский), сделав из них полноценные многофункциональные хабы. В качестве территории развития и концентрации застройки – использовать расположенные рядом с ними уже существующие города. Туда же, а также в существующие на территории Москвы некоторые депрессивные спальные районы предлагается вывести в качестве якорей федеральные министерства и службы, применив принцип тематических кластеров. В освободившихся зданиях разместить культурно-досуговые, музейные и просветительские объекты. Например, в правительственном Белом доме на Пресне – устроить медиа-библиотеку и IT-нано-центр. Четыре новых центра-хаба связываются по периметральному большому кольцу скоростными линиями транспорта между собой (примерно такая же схема присутствует в проекте-победителе). Весь внутренний транспорт предлагается перевести на экологическую электротягу (один из членов проектной команды – концерн «Simens»). Презентация заканчивается красивым снимком из космоса вечерней половины нашей планеты с пятнами огней светящихся городов, где вокруг тускловато мерцающей Москвы ярко сияют «звёзды» четырёх новых центров Московской агломерации.

Другие «вторые», кто полностью проигнорировал «хвост» — это команда АБ «Остоженка» с соавторами. У неё юго-западное направление фигурирует всего лишь восьмым из 12-ти секторов часового циферблата, нарисованного по окружности Москвы. Главные фишки проекта: девиз «Город ещё не исчерпал свои ресурсы, чтобы быть главным, но не единственным центром агломерации, и выполнять свои столичные функции с установлением гармоничных взаимоотношений между Городом и Загородом» (оба последних слова с заглавной буквы). Повышение потенциала природных ландшафтов Подмосковья и витализация городских ландшафтов Москвы. «Москва на Москве» (реке). Реабилитация и реновация территорий промзон вдоль малого кольца Московской железной дороги и по Москве-реке с расчётом баланса территорий по 20-ти избранным для реорганизации участкам, в том числе с размещением вдоль реки федерального центра. Парламентский центр – в Зарядье в комплексе с передаваемым ему Воспитательным домом (Ракетной академией) и с эксплуатируемой крышей-полем – продолжением Красной площади.

Команда Мастерской Андрея Чернихова тоже пошла по пути растворения «хвоста» во всей территории агломерации и намеренно противопоставила два варианта размещения федеральных органов власти. Первый по заданию – Коммунарка. Альтернативный – акватории Москвы-реки в Большом Сити и излучине с территорией ЗИЛа. Авторами предложений явный приоритет отдан варианту у реки на территории «старой» Москвы. Не прозвучал только естественно напрашивающийся вопрос-комментарий: Правительство новой России в Коммунарке? «Как корабль назовёшь – так он и поплывёт …». Можно ещё постебаться, варьируя замену буквы «р» на «л», тем более что и бывшая свалка рядом, и расстрельный полигон. А.Чернихов включил в проект два ценнейших раздела, которые прошли мимо внимания других команд. Это раздел про необходимость создавать доступное арендное жильё в Москве и раздел про восстановление потерянных в советское время выдающихся памятников архитектуры, а также про реализацию передовых, даже для настоящего времени, идей российских архитекторов-конструктивистов 1920-30-х годов. Не про «хвост» – не оценили. Один забавный момент: в выставочных материалах все многочисленные и уважаемые члены команды А.Чернихова перечислены по-европейски – имя, фамилия, как и сам Андрей Чернихов. И только один назван «Куренной Алексей Михайлович». Для тех, кто не в курсе – это начальник Управления Архитектурного совета – того, которого фактически давно нет (в отличие от Управления согласований архитектурных решений) – Комитета по архитектуре правительства Москвы (новый главный архитектор обещал Совет восстановить). Вот такой маленький хвостик. Тоже не оценили.

Во французской команде L’AUC отметились вместе с французами наши великие критики-фантазёры-философы от архитектуры, такие как Алексей Муратов (собиратель команды), Григорий Ревзин, Борис Бернаскони, Андрей Иванов и др. Поэтому проект у них получился очень литературно-художественным, с комиксами (буквально), супрематическими аллюзиями и искренним жизнеутверждающим оптимизмом типа – «мы и пришитому хвосту найдём смысл и применение». И действительно нашли, и много чего ещё мудрёного добавили: — взять «Тайгу-метрополис». Связующий «постиндустриальный пояс» с его «экокварталами»-огородами. «Московскую параллель» – линейный город Внуково-Домодедово. Креативный кластер и роскошное жильё на «luxury river»-Москве. «Москоулливуд». Все мыслимые и немыслимые виды общественного транспорта, и правительственный центр в Коммунарке, которая здесь скорее созвучна «Марсельезе» – «весь мир насилья мы разрушим и т. д…» (хоть это и не оттуда).

Итальянская команда STUDIO 012-Secchi-Vigano непостижимым образом вдохновилась итальянской (конечно) идеей эпохи неоклассицизма «гражданского великолепия», которую объявило девизом своего проекта и Москвы XXI века. Другими словами, пора бы Москве уже получшеть после всех революций и пертурбаций. Да и мы, москвичи, не против. Только каких-то действительно великолепных идей в проекте не наблюдается – всё как-то очень условно — по крайней мере, в материалах, представленных на выставке. С «хвостом» обошлись неуважительно – наложили на него квадрат, живописно, совсем не картографически, и на малую его часть. Зато по-итальянски — дизайнерски вписали большую часть квадрата в солидную по размерам территорию старой Москвы, совсем, как всем известно, не квадратную.

Следующий участник – известный постмодернист испанец Рикардо Бофилл со своей командой не замечен был в урбанистах, и, как «всего лишь» отличный архитектор, нарисовал свои идеи строго в границах «хвоста»-участка, что и делает всегда нормальный, грамотный проектировщик. Соблюдая границы прирезанной территории Москвы, зарисовал даже участочек-островок, который подковёрно, до кучи, включили в новые границы Москвы – Ершово-Успенское (на «Рублёвке»). Скрупулезно выполнил всё проектное задание. Все обсчитал. Придумал «умный» (кавычки из текста проекта) линейный парк от Калужской области через центр Москвы в Лосиный остров. Прописал терапию старой Москве. Наложил на город систему скоростных автобусов «BRT». Прорисовал федеральный центр в Коммунарке не хуже, чем построенный в какой-нибудь Астане, да ещё и вставил его в новый линейный город вдоль «хвоста». Чрезвычайно затейливо. Но остался недооценённым жюри – похоже, выбрал не ту геометрию линий – уж очень подозрительно плавно и курчаво. Однако возникли слухи, что Бофилл изъявил намерение открыть в Москве свою мастерскую – может быть, так сильно понравилось наше техническое задание и гонорар?
Серьёзно и академично отнеслась к проекту международная команда, созданная на базе ЦНИИП Градостроительства Российской академии архитектуры и строительных наук. По содержанию, подходу и идеям работа очень схожа с проектом Бофилла, но без постмодернистских завитушек – всё строго и прямоугольно-трапециевидно. «Хвост» раздраконен подробно и с цифрами, альтернативные центры агломерации обозначены. Только почему-то не вдохновляет и не воодушевляет.

Теперь о проектах, отмеченных жюри. CAPITAL СITIES PLANNING GROUP – американская сборная команда, членом которой является Urban Design Associates (именно такое наименование команды фигурировало во всех официальных протоколах), победившая, по мнению жюри, в номинации «новый федеральный центр». Американцы так и вовсе не стали размазывать кашу с агломерацией. Обозначив некие сектора-тематические кластеры, правда, с подозрительно чёткими, такими же причудливо-извилистыми, как и у прирезанного уже «хвоста», границами (хотя, может быть, на первом этапе они чем-то их и обосновывали, но на выставке проектов это отсутствовало) – ковбои по-деловому сразу взяли быка за рога и показали Настоящую Москву, в её новейших границах. Отправив всю территорию старой Москвы – «очага русской культуры» на переплавку-реконструкцию с использованием плана «до дома», но покрасив всё скопом всего лишь в три цвета: реконструкция исторического, реконструкция советского и реконструкция промышленного, с выделением из последнего, в качестве приоритетной реконструкции, территорий промзон в срединном поясе (включая «Большой Сити» и Павелецкую промзону-ЗИЛ-Варшавское шоссе), а также непонятным образом примкнувшее к ним Зарядье (очевидно, по виду его сегодняшних руин) – янки приступают к «Новой Москве», рисуя её так, что можно перепутать новую Москву со старой. Пятно (с точным соблюдением границ «хвоста», но без дальней его части) – такое же примерно круглое, такого же примерно размера, такой же, красным покрашенный, глазок в центре (в Коммунарке), как Садовое кольцо в старом центре. Конечно, всё чуть поугловатее, но совсем не на много, и зелень чуть погуще разбросана. В оставшейся от пятна дальней части «хвоста» так и вовсе сплошная зелёнь. Зато вне границ новой и старой Москвы – нечто просто бледное серо-жёлтое. Там в этой бледности остались всякие Апрелевки-Подольски-Домодедовы-Одинцовы. Но в знакомых «законных» границах – как надо ярко. И такое всё уже очень родное, привычное – новое «красное Садовое» со всеми новыми «Охотными рядами» и «Белыми домами» спланировано так по-московски красиво-раздербанисто – не то что какие-то там завитушки и пареллелепипеды. Ещё на отдельной картинке зиму с ледяным катком-прудом и берёзками в инее изобразили под окнами депутатов и министров – ну как же не проникнуться – конечно, первое место! А кроме того, скоростная железная дорога от нового «Садового» в одну сторону через Павелецкий вокзал прямо до Старой площади (именно той – у Китай-города, хотя «Кремль – место проведения торжественных мероприятий и символ государственности» — цитата из проекта), а в другую сторону – до Внуково, а ещё новое водохранилище-море на реке Десне (оно же тот самый каток зимой), и на закуску — «синергизм инвестиций». По-моему, этому проекту стоило дать специальный наиглавнейший приз за лучшую иллюстрацию мечты: Большая доходная Москва с охраняемой границей, а за границей – «глаза б мои (начальственные) не видели».

Наконец, о признанном жюри дважды победителе. Я уже сказал, что проект действительно, на мой взгляд, лучший, да и просто сильный. Когда начинаешь углубляться в отдельные чертежи – видишь последовательное развертывание мысли. Как кажется, в проекте нет прорывных идей, но зато практически со всем его содержанием хочется согласиться, поддержать и удовлетворённо хмыкнуть: «Так очевидно же». Это и есть его сила. Наверняка найдутся несогласные и недовольные. Варианты есть всегда. Мои собственные идеи по Московской агломерации, публиковавшиеся в «Архитектурном Вестнике», далеко не во всём соответствуют предложениям этого проекта, что нисколько не снижает удовольствия нащупывать иную логику, главное – она там есть. Самым сильным в проекте является раздел общественного транспорта, продуманный для всей агломерации – это, очевидно, опыт Grumbach – Wilmotte по «Большому Парижу». Тоже базовые проблемы совершенствования муниципального деления французам понять у нас сложно, а мы сами пока боимся их ставить, поэтому жаль, что и в проекте их нет. Но начинать лечить агломерацию, конечно, нужно с транспорта. Содержащаяся в проекте схема метро города довольно сильно не совпадает с той, что принята официально как утверждённая для строительства в Москве новых станций и линий на обозримую перспективу. Предложенная в проекте отличается от «правительственной» схемы в основном тем, что охватывает не только московские «протуберанцы», входящие в юридически закреплённые административные границы Москвы, а продумана на территорию фактической реальной Москвы, далеко уже не совпадающей с административными границами, и построена по принципу связности всей этой территории без обязательного транзита через центр. Помимо метро предусмотрены скоростные поезда, связывающие не Питер с Москвой, а районы Московской агломерации между собой по кругу, и уже от этой сети ответвляются скоростные линии направлениями «Европа», «Балтика», «Азия» и «Чёрное море» с одноимёнными вокзалами, отнесёнными к существующим аэропортам с образованием с ними объединённых транспортных хабов. Внутри Москвы скоростные железнодорожные линии уходят под землю, и три из них стыкуются в узле «Трёх вокзалов», а четвёртая приходит в «Сити» на Пресне и на Киевский вокзал. В дополнение к просто метро и к скоростным поездам устраиваются ещё линии скоростного подземного метро. Первую такую линию как раз и предлагается построить от станции «Три вокзала» на прирезанную новую территорию Москвы с перегонами длиной 6-7 км, со стациями «Кремль», «Сити», «Университет», «Калужская», «Ворота Москвы» (на МКАД), «Коммунарка-Сосенки» (здесь без комментариев), «Десна», «Троицк», и далее ещё три станции. Сверху линия дублируется трамваем или автобусом уже с частыми остановками. Нарисована не только одна эта линия, но и другие такие же ещё 9 скоростных, связывающих, в том числе, 8 «ворот Москвы» по периметру МКАД, территории агломерации, расположенные за МКАД, между собой и с центром. Акцентирована (впрочем, как практически у всех конкурсантов) Москва-река. Своеобразное ноу-хау проекта, авторы назвали его «ДНК города» – исследование типичного квартала старой Москвы (между Бульварным и Садовым кольцом) с традиционным зелёным двором, который получился размером 320×200 метров, и применение такого квартала, с зелёным же двором, в новой предлагаемой застройке прирезанных территорий, а также при латании дыр ткани старой Москвы. (Непонятно только, почему в число таких «дыр» попала территория Коломенского – недоглядели). Лучшим по «присоединённым территориям» проект стал, видимо, именно из-за очень аккуратного их пришивания, в том числе с использованием строчки скоростного метро.
Читателю, надеюсь, ясно из текста статьи, что бы предпочёл её автор для пользы Москвы. В развитие правильных идей, высказанных конкурсантами, позволю себе ещё пару авторских предложений.
Может быть, на месте замордованного Зарядья выстроить олицетворяющую новую Россию, без «царя» в голове (но с головой) и без «отца народов» в подсознании (но осознанно) – резиденцию Президента (не для отдыха – для работы!), современную, в окружении сада, олицетворяющую переход к прогрессу России. При этом:
а) Освобождается Кремль для полноценного функционирования в качестве музея — исторического национального достояния, объекта всемирного культурного наследия.
б) Кремль может и должен использоваться для проведения только особо торжественных мероприятий, в том числе и президентских.
в) В Зарядье ещё при попытке возведения сталинской высотки заложены прочнейшие обширные подземелья, очевидно, связанные с территорией Кремля, коими и может пользоваться президент как для безопасного перемещения в Кремль на торжественные мероприятия, так и отдельно, в системе организации президентской безопасности. Восстановление Китайгородской стены тоже будет в тему.
г) Президент разместится на достойнейшем месте (территории) в городе. Президентская администрация останется рядом, на своём месте — в Китай-городе, только лучше бы снять новый забор на Старой площади и в зданиях, выходящих на площадь, разместить гостиницу – пусть и президентскую в конце концов. (Существующий на Якиманке «Президент-отель» переименовать в «Президиум-отель»). Но всех прочих чиновников и офисные центры из Китай-города переселить и открыть его для организации исключительно пешеходного туризма, отелей, музеев, ресторанов.
д) Воспитательный Дом (Ракетную академию) всё-таки отдать под Парламентский центр с территорией и зданиями на его задворках – рабочих площадей должно хватить. Две главных Власти по соседству – удобно и монументально. Премьер-министра посадить в бывший Госплан, освобождающийся от Госдумы – пусть тоже будет рядом с Кремлём. В наш Белый дом переселить министерства с территории за Воспитательным домом, отдаваемой Парламентскому центру (при этом Министерству культуры присмотреть что-нибудь покультурнее, чем то, что есть сейчас). Остальные министерства пусть сидят, где сидели.
е) С учётом переоборудования Кремля в полноценный музейный комплекс организовать парадный вход в него от Москвы-реки, через Тайницкую башню. С организацией пешеходной, без проезжей части вообще, Кремлёвской набережной. С устройством либо надводного, либо подводного перехода от Тайницкой башни на другой берег Москвы-реки на Софийскую набережную. С расчисткой развалин и декораций исторической, но совсем не выдающейся застройки набережной от Фалеевского переулка до Каменного моста (кроме, конечно, единственного живого дома — резиденции английского посла), для чего выгнать засевших там арендаторов-«инвесторов в миллион метров недвижимости в ста метрах от Кремля» (такая реклама висела некоторое время на набережной) для организации партерного парка с потрясающим видом на Кремль и с объединением нового парка с парком на Болотной площади в свой, московский «Central Park» (взамен участка снесённой «России»). А там и выход метро «Кадашевская», и проход к Третьяковке, и на Стрелку и далее, и вокруг Кремля.

И ещё одна парадоксальная (даже не совсем авторская) идея: если уж официально закрепили новые границы Москвы, то, может быть, чтобы этот залп бронепоезда не пропал даром, использовать прирезанную территорию не для освоения, а совсем наоборот – силами московской городской власти защитить её от интенсивного освоения, для сохранения её настоящей малой заселённости и большой природной составляющей в качестве воронки-отдушины для центра Москвы, с учётом именно юго-западного преобладающего направления розы ветров. Долой коммерцию – даёшь экологию! Это будет истинно прогрессивной политикой, а в общей дальней перспективе (не «фьючерсных контрактов») – и эффективной экономикой.

В завершение немного «лирики»:
Итоговая экспозиция проектов располагалась в специальном временном павильоне на территории парка Горького. К своему стыду до этой возникшей оказии я ни разу не посетил парк в его новом культовом статусе. Мой визит совпал ещё и с Днём города. В парке гуляли буквально толпы народа, и это мне невольно напомнило парк ВДНХ (для тех, кто уже не помнит, что это такое – Выставка достижений народного хозяйства – ныне – ВВЦ) периода где-то середины 70-х (такой я уже древний), куда мы (примерно такие же толпы) ездили в выходные поглазеть на чудеса, и в качестве народа погордиться тем хозяйством, что существовало, как правило, только в единственном выставочном экземпляре. Тогда на ВДНХ, в отличие от более поздних рыночных времён, демонстрировалось отнюдь не то, что предлагалось купить в магазинах (по крайней мере, простым смертным). Сейчас в парке Горького можно приобрести всё – и хорошо, что это не достижения «народного хозяйства», а просто качественный досуг. Сейчас я бы предложил продавать саму ВДНХ целиком как музей эпохи – своего рода «Парк советского периода», разумеется отреставрировав и восстановив среду, все павильоны, экспозиции того времени, даже запахи тогдашней еды и дух той эпохи. Не для ностальгии – для истории и назидания. В том числе для истории архитектуры (в продолжение идей проекта Андрея Чернихова).

Павильон же в парке Горького с выставленными там конкурсными проектами Московской агломерации вызвал прямые ассоциации с тем, что раньше показывалось на ВДНХ – нереального, неадекватного действительности, показушного товара. Товар этот – предложенные конкурсными командами проекты – красивые, эффектные, заказанные, оплаченные, но которые никогда не дойдут до потенциального потребителя. Истинным потребителем, конечно, должны бы быть москвичи. Но сейчас идея «Большой Москвы» их волнует, пожалуй, только касательно своих «6-ти (условно) соток», которым точно ничего хорошего в этой ситуации не светит. Москвичам сложно понять, что именно им, живущим в Москве, даёт прирезка огромного «хвоста» – они-то тут при каком интересе? Может быть, там действительно когда-нибудь будет лучший город, но это не Москва или совсем не та Москва, где была ВДНХ, есть Кремль и парк Горького, и ещё много чего московского настоящего. И почему бы не существовать другим, ещё более дивным городам не только на юго-западе, а и по направлению других сторон света – дивным настолько, что они станут альтернативными центрами притяжения с их(!) доходами-расходами, и с управляющей ими, своей заинтересованной и ответственной территориальной властью. Властью, может быть, даже дозреющей до понимания того, что город – не есть его власть, город – это жители-горожане и граждане.

Вряд ли многочисленные жители Москвы и области часто вербально выражают такие простенькие, вроде бы, вопросы: где кончается Мой город? почему я живу в одном городе, а езжу на работу как будто бы в другой? зачем я живу в городе и зачем я строю дачу? Замылилось. Привыкли. Однако эти вопросы наверняка существуют у них в подсознании как главнейшие. Собственно «Конкурс на разработку Концепции Московской агломерации» должен был бы дать ответы москвичам именно на эти подспудные вопросы и предложить их решения.
Превратятся ли Московские скачки в гладкий целенаправленный размеренный бег, а предложенный нам на конкурсе товар — идеи развития агломерации – в осязаемую реальность? Почувствуем ли мы Свой город? Когда-нибудь – обязательно…

Отправить ответ

avatar
  Subscribe  
Notify of